Бородатый мужчина в свитере – так большинство людей представляет себе геолога. Однако, это не всегда так, особенно если изучением недрами занимается «прекрасный пол». Корреспондент Восток-Телеинформ поговорил с Анастасией Верхотуровой - хрупкой девушкой, которая работает геологом в ООО «Ирокинда». Сложная это профессия или больше романтическая – в нашем материале.

- Анастасия, расскажите, как и почему вы решили стать геологом, чем эта профессия вас привлекла? Я, как и многие, когда при мне «геолог», представляю этаких бородатых парней в толстых свитерах…

- Знаете, и не вы одна. (Улыбается). Но я совершенно осознанно поступала на геологический. Помню даже мой разговор с заведующим кафедрой Анатолием Максимовичем Сазоновым, когда я пришла к нему абитуриенткой и он спросил: «Почему ты выбрала эту профессию?». А я без всяких раздумий ответила: «У меня с детства был интерес к недрам земли, ведь они богаты во всех смыслах этого слова». После чего он еще добавил, что с такой профессией я всегда буду в разъездах, и возможно, что и семьи из-за этого у меня не будет. Но я и после этого не передумала, четко знала – хочу, так и сказала. Он посмотрел и просто сказал: «давай квиток, ты зачислена на первый курс. Ждем 1 сентября 2005 года». Я была очень счастлива. Ведь первая цель - поступить на специальность, которую я так хотела, тем более на бюджетную основу – была достигнута.

Если говорить, откуда этот интерес, я даже не смогу сказать, когда именно они появился. Мои родители обычные люди, не занимавшие высоких чинов, мама работала бухгалтером, продавцом, заведующим складом, а отец всю жизнь работал шофером. Папа мой всегда говорил, что я выбрала очень хорошую профессию, он был горд за меня, а мама постоянно переживала, ведь геолог работа не офисная, говорила, в шахте опасно. Я на это всегда отвечала, что главное в нашем деле соблюдать безопасность и что не надо начинать работу, если есть риски, угрожающие жизни. Мама немного успокоилась, потом родители смирились с тем, что я стала работать далеко от дома, за что я им очень благодарна – ведь они с детства заложили в меня ответственность и добросовестность. Такое отношение к жизни, к моей работе – мой стержень. А отвечая на ваш вопрос, скажу: конечно, эта профессия не женская, но еще она очень интересная. Так что если не боитесь трудностей, тот даже не задумывайтесь – оно того точно стоит.

- А в чем основные трудности?

- Основная сложность заключается в том, что геологи, в самом деле, далеко от семьи, от дома. К счастью, ко мне это не относится: муж у меня тоже имеет самое прямое отношение к недрам, он машинист буровой. Так что мы всегда вместе, на работе и дома, и интересы у нас похожие, нам в этом плане очень повезло. Работа у нас не сезонная, а круглогодичная. А вот работа на руднике предполагает вахтовый режим, продолжительность вахты составляет 45 дней, продолжительность междувахтового отдыха – тоже 45 дней.

- Чем вы занимаетесь, что входит в обязанности, может у вас есть какие-то специальные геологические инструменты?

- Я геолог по геологоразведочным работам поверхностного и подземного бурения. Ежедневно предоставляю старшему геологу достоверную информацию по находящимся в работе буровым скважинам. Второе – провожу изучение участка путем геологической документации и опробования керна буровых скважин. Третье – своевременно обрабатываю первичные материалы по геологической документации и опробованию буровых скважин и пополняю базу данных в электронном виде. Также ежемесячно предоставляю достоверную информацию по объёму и качеству выполненных работ. Ну и, конечно, участвую в отборе и оформлении проб на геологический контроль. В набор инструментов входит: компас, молоток, лупа. Нам, разведчикам, больше ничего и не надо – все остальное в голове.

- Что вы добываете? И как решаете, что копать (бурить) нужно именно здесь?

- Наша цель – золотоносные кварцевые жилы. В приоритете золото и серебро, а так есть почти вся таблица Менделеева. Данные по бурению задает старший геолог, опираясь на модель, которой занимается ресурсный геолог. В большинстве случаев и я, в силу своего опыта, который в меня заложила семья Лобачевых, мои учителя и наставники, Евстафий Борисович и Лилия Сергеевна, принимаю участие в согласовании данных по заложению скважин. Вот взять наш рудник «Ирокинда»: здесь уже до нас, нашими предшественниками, поисковыми геологическими отрядами все было изучено вдоль и поперек, так что нам не составляет никакой сложности определять породы по свойствам и составу.

- Были ли интересные рабочие моменты, что запомнилось, необычные экспедиции?

- Все началось, наверное, с практики. Ведь теоретическое обучение важно, но в понимание о специальности больше дают практические работы. По крайней мере, у меня все встало на свои места именно на практике. Так я скорректировала немного направление своей работы – я при обучении даже представить себе не могла, что буду работать геологом на бурении. Мне раньше больше нравилась работа на канавах – это зарисовки стенок, отбор проб по профилям. Это сложная, но и интересная работа: например, приходишь на новый участок и должен там определить состав недр, дать им характеристику, здесь нужны большие знания. И там нет скидок на погоду или твой пол – работа эта для выносливых людей, когда и в дождь, и в снег, и в ветер лезешь на сопку или сидишь в мокрой яме, ковыряешь образцы. В общем, картина та еще, наверное, отсюда у людей представление о геологах как о таких таежных медведях. И, кстати там уж точно не до романтики: ведь по следам за тобой может идти уже настоящий медведь, а то и ползти змея. Рискованно, опасно, трудно, но так интереснее жить и мне всегда это нравилось. Однако в итоге я работаю на бурении и не скажу, что разочарована – здесь тоже нет места скуке.

- Может, у геологов есть какие-то интересные обычаи, ритуалы или же специфические способы работы, например, по определению пород?

- Я бы сказала, что есть одна традиция: на «День Геолога» собираться дружным коллективом на природе, отмечать праздник, сидя у костра, пить чай, приготовленный на том же костре, и слушать истории, рассказы старшего поколения. И это рассказы как раз тех самых «таежных медведей», в наше-то время редко встретишь работающих в экспедиции геологов. Сейчас все усовершенствованное, в основном, работает специализированная самоходная техника, ведь ничего не стоит на месте. Так что у нас, геологов, этот праздник такой же любимый, как Новый год, если не больше.

- Как вы решились работать на вахте? Тяжело ли в таких условиях жить именно девушкам? Как все устроено в бытовом плане?

- Конечно, нам, женщинам, сложно работать в таких условиях, далеко от дома, но работодатель всегда улучшает бытовые условия, чтобы люди, которые приезжают работать на вахту, чувствовали себя как дома. Мы живем не в вагончиках, у нас свой поселок, где проживает местное население, есть школа. Предприятие рудника «Ирокинда» построило пожарное депо, прачечный комбинат, столовую, благоустроенные общежития для вахтовиков, амбулаторию, магазин, котельную и ЖKX, автодорогу «Иpокиндa – Taкcимo». А для семей предоставляют дома, это же классно! Просто, когда у меня спрашивают, кем работаешь и услышав ответ, что геологом, делают большие глаза и начинают сочувствовать. У большинства людей до сих пор всплывает картинка – геолог, ага, значит, живет в палатках, готовит на костре, ходит в сапогах с молотком, удобства понятно какие. А на самом деле это уже давно не так. Мы живем в современном мире, бытовые условие у нас отличные.

- Я знаю, что на «Ирокинде» вы работаете с мужем. А где вы познакомились?

- Познакомились как раз на вахте, можно сказать, нас работа познакомила – без геологии мы бы не встретились. Я родилась в Тайшете Иркутской области, а муж родился в посёлке Вершино-Шахтаминский Забайкальского края, без нашей профессии у нас бы не было шансов встретиться, скорее всего. Муж работает на «Ирокинде» с 2005 года, я пришла в 2011-ом, после института и как-то вот так создалась наша геологическая семья.

- Почему вы выбрали для работы именно рудник «Ирокинда»?

- Это произошло также осознанно, как и выбор профессии. После окончания университета у меня, как у многих молодых специалистов, были сложности с устройством на работу. Обучение у меня было очное, подрабатывать было сложно, а на предприятиях важным аргументом являлся обязательный стаж и опыт работы. У меня же в трудовой книжке были только отметки практик с небольшим периодом работы – от одного месяца до 2,5 месяцев. Но я шла к своей цели, цеплялась за все ниточки, чтобы найти работу именно по специальности. Как сейчас помню, спустя какое-то время с начала моих поисков мне поступило два предложения – из Архангельска и посёлка Иракинда в Бурятии. Долго я не думала, выбрала рудник «Ирокинда», мне показалось, это более перспективно в плане именно моей специальности. Все же месторождения ближе к центру страны, как правило, лучше изучены, а хотелось, как бы это сказать, неизведанного, исследований хотелось. 

И я ни о чем не сожалею, я очень рада, что приехала сюда. Ведь здесь я познакомилась со своим мужем, здесь у меня появились настоящие друзья, здесь уже, можно сказать, мой дом – когда я куда-то уезжаю, хочу вернуться. Не знаю, как объяснить – может это природа, она здесь потрясающая, а может и люди – на севере именно они главное богатство. А люди у нас хорошие.

- Спасибо за беседу, желаю вам новых достижений!

Анастасия Шадрина, Восток-Телеинформ.