Что ждет Монголию и Россию и где здесь место Бурятии

- Владимир Александрович, как бы вы охарактеризовали отношения России и Монголии в целом?

- Если посмотреть на результаты опросов, которые проводят у себя сами монголы, то именно Россию там называют главным партнером, она лидирует с большим отрывом. И отчасти это так называемая историческая память со времен Советского Союза, эта инерция в какой-то мере до сих пор присутствует в отношениях наших стран. Рядовые монголы в массе своей позитивно относятся к России, агрессии на уровне системных явлений нет, можно говорить лишь об отдельных эксцессах. В то же время на сегодня у России внутри Монголии степень влияния на процессы сильно утеряна, Россия мало делала для того, чтобы поддерживать определенный уровень лояльности к себе.

По сравнению с советскими временами то влияние, которое было у СССР, начало заполняться другими странами – это Корея, Китай, Запад, другие страны Азии. Это монгольская политика многовекторности или многоопорности, как они сами называют, чтобы как можно больше разных стран присутствовали в Монголии, а у нее было больше возможностей лавировать между ним. Для небольшой страны это нормальная политика, просто нужно понимать, что под лежачий камень вода не течет – России самой нужно приложить усилия. Вся любовь, которую монголы унаследовали к нам со времен советского союза, не является какой-то константой. Молодое поколение редко получает адекватную информацию о нашей стране – информация о нас там идет, в том числе, из западных СМИ, а мы с вами знаем, какая информация подается в них.             

Нам нужно работать на будущее, нужны образовательные программы, работа с молодежью, нужно формирование позитивного отношения к стране у молодого поколения в Монголии. Этого системно не делается в последние годы, есть только отдельные инициативы на уровне Россотрудничества, отдельных деятелей образования науки и культуры России. Но этого мало, нужна целенаправленная госполитика в этом направлении.

Параллельный экспорт

- В мае этого года самое авторитетное монгольское социологическое агентство провело опрос и туда включили вопрос «Как население Монголии должно отреагировать на ситуацию на Украине?». Были даны варианты ответов – поддержать Россию, поддержать Украину, оставаться в нейтральном статусе. Тех, кто предлагал поддержать Украину, было менее одного процента, то есть это подавляющее меньшинство. Но оно довольно громкое, это меньшинство, оно пользуется поддержкой западных посольств, постоянно проводит акции, появляются в СМИ, в соцсетях и у непосвященного человека создается впечатление, что таких людей много. Хотя объективно цифры говорят о другом, о том, что население Монголии мыслит более прагматично, не желая портить отношения с ближайшим соседом из-за ситуации, которая за тысячи километров от Монголии.      

- Как развивается экономическое взаимодействие России и Монголии в текущих условиях? Есть ли какие-то данные по так называемому параллельному экспорту?

- Сегодня какой-то процент тех товаров, которые мы не можем закупать напрямую в третьих странах из-за санкций, идут через Монголию, но там свои проблемы. С начала пандемии Монголия была сильно ограничена в завозах товаров из Китая и Китай до сих пор продолжает довольно жесткий режим ограничений. Это сказывается на возможности транспортировки товаров из Китая или в Китай через Монголию. До начала спецоперации Россия сама заменяла Монголии Китай в качестве транзитной стороны для поставок товаров из западных стран. То есть объективно на сегодня Монголия превратиться в хаб для поставок товаров в Россию из третьих стран не смогла. Отчасти это тоже сказалось на текущей экономической ситуации в Монголии. Эта небольшая страна в силу ограниченных ресурсов для экономического роста ощутила текущий мировой кризис в большей мере, чем крупные экономики, чем Россия и Китай.

Так, в Монголии оказалась полностью убита отрасль въездного туризма, на которую до пандемии делали большие ставки, мечтая получать оттуда до 10% ВВП. После ковида Монголия отменила часть ограничений по въезду иностранцев к себе, но транзит в эту страну на фоне мирового кризиса стал дороже для туристов из тех стран, на которые монголы рассчитывали в первую очередь, то есть Запада. Сейчас через воздушное пространство России добраться до Монголии из стран Запада невозможно, а полеты через Китай это довольно большой и дорогой крюк.

Монголия – страна сугубо континентальная, она не имеет выхода к морям, это объективно ограничивает ее возможности, но дает и новые перспективы. Прежде всего, за счет совместных с Россией и Китаем проектов. Сегодня Монголия, несмотря на тесные связи с Западом и Японией, с теми же США, умудряется сохранять крайне выдержанную нейтральную позицию по большинству международных вопросов текущего дня. Это и голосованиев генассамблее ООН, где Монголия воздерживается от антироссийских резолюций. Это уровень риторики официальных лиц Монголии, которые не выступаютс осуждением какой-либо из сторон конфликта. На этом фоне Монголия продолжает совместные трехсторонние проекты со своими соседями и центральный проект на сегодня это газопровод, который должен пройти из России в Китай через Монголию. Сегодня монгольские протестные события не имеют яркой внешнеполитической подоплеки, но никто не застрахован от того, что она может появиться в случае радикальных изменений внутри страны. Если что-то такое произойдет, это может повлиять на отношения с соседями, с Россией и Китаем. И давайте говорить откровенно, «третьему соседу», как в Монголии называют западные страны, было бы неплохо испортить отношения России, Монголии и Китая.

Мемориал, посвященный боевому содружеству Советского Союза и Монголии. Фото М. Ванданова

Что стало с россиянами, сбежавшими в Монголию от мобилизации

- Насколько я знаю, большая часть из тех, кто уехал в Монголию после объявления мобилизации, вернулись обратно. Скорее всего, это были люди, которые поддались эмоциям, массовой истерии, ведь большинство из них даже не были военнообязанными на тот момент, они не подходили под мобилизацию. Они посидели там неделю-другую, поняли это, у них начали заканчиваться деньги и вернулись домой. Конечно, часть двинулась дальше – в основном, в Японию, Корею, Тайланд и вплоть до США. И еще часть осталась в Монголии, получила вид на жительство с правом трудоустройства или получения образования. Однако что касается трудоустройства, в Монголии проблематично найти работу людям, не владеющим языком. Рынок труда в Монголии довольно узкий с точки зрения возможности для наших граждан – там нельзя без знания языка устроиться в какой-либо сфере, где нужно общаться с людьми. То есть закрыта область образования, услуг, медицинских или каких-то других. Да, допустим, если ты очень высококлассный специалист, могут позволить иметь при себе переводчика, но это очень дорого и является исключением. В основном, наши устраиваются там разнорабочими, где нужны какие-то элементарные навыки и не обязательно знание языка – какая-то стройка, автомастерская и тому подобное. Плюс не забывайте о высоком уровне безработицы среди самих монголов и сравнительно низких зарплатах.

- Раньше в Монголии довольно много людей говорили на русском…

- Да, а сегодня их количество стремится к нулю. 15 лет назад, приезжая в Улан-Батор, встречал на улице и в учреждениях довольно много людей, с которыми мог объяснится на русском языке. Сейчас таких стало гораздо меньше, происходит поколенческий сдвиг, а современное поколение монголов учат английский, корейский, китайский, турецкий, но не русский и это тоже показатель потерь позиций России, о чем я говорил выше. Монголы учат язык той страны, на которую они ориентированы – например, по официальной статистике, в Южной Корее постоянно проживают более 30 тысяч монголов. В основном, это нелегалы-гастарбайтеры. Очень много в Монголии школ, где образование ведется на китайском языке и почти все они – частные школы, обучение в которых стоит немалых средств. Родители отдают свои деньги на это, потому что видят, что Китай – значимый торговый партнер. Там почти каждый взрослый монгол хоть раз побывал в Китае, хотя бы в приграничном Эрляне на шопинге. Многие монголы получают образование и медицинские услуги в Китае и так далее.

- Все так плохо для нас?

- Это не плохо, это объективная данность. И я хотел бы сказать здесь о роли Бурятии. Отсутствие единой госполитики по усилению российского культурного влияния, отчасти компенсировалось усилиями частных лиц, а это чаще всего были люди из Бурятии. Это ученые из Бурятии, наш Бурятский научный центр, Бурятский госуниверситет, это наши деятели культуры, очень активизировалась деятельность Россотрудничества в годы, когда его возглавлял наш земляк, опять же выходец из Бурятии, Амгалан Ринчинович Базархандаев. Я сужу по количеству и качеству мероприятий по популяризации русского языка среди монголов, знаковых мероприятий, связанных с общей историей для наших стран, того же Дня Победы 9 мая.

География определила необходимость тесных отношений между Монголией и Бурятией, у нас много общего в истории, в культуре, добавим сюда последние события, связанные с логистикой. Яркий пример: на данный момент самый востребованный авиарейс между Россией и Монголии это полеты из Улан-Удэ до Улан-Батора. Недавно в Москве проходило очередное заседание российско-монгольской межправкомиссии, так монгольская сторона тоже летела в Москву через Улан-Удэ. Уже Улан-Удэ стал таким хабом между двумя нашими странами.

Марина Денисова, Восток-Телеинформ.