В Улан-Удэ определена площадка под строительство Национального музея Бурятии. Построить это большое и красивое здание площадью почти 15 тысяч квадратных метров и стоимостью больше двух миллиардов планируют в самом центре города, на острове, недалеко от Одигитрия. О том, как будет выглядеть строение и что будет в нем находиться, а также какие опасения есть у авторов проекта – в интервью с одним из них, архитектором ООО «Архитектурная мастерская «Проект Байкал» Анной Ильиной.

 ПЛЫВУЩИЙ ЛОТОС

 - Анна Викторовна, скажите, чем занимается архитектурная мастерская? Что вы проектируете?

 - Проект «Байкал» - серьезная проектная организация, которой в прошлом году исполнилось 15 лет. В основном, мы проектируем общественные здания, жилые комплексы. Из последних работ - первый «Форум», Национальная библиотека, пристрой к зданию прокуратуры. Мы проектировали очень много школ, детских садов - как в городе, так и по республике в целом.

 - Но первый же ваш проект стал победителем такого крупного конкурса и обошел конкурентов, среди которых были именитые мастера. Как так получилось? 

– Дело в том, что Национальный музей республики Бурятия был моей дипломной работой. В 2011 году я проходила практику и это тема меня очень вдохновила, потому весь последний курс я работала над ней. После того как защитилась, я вернулась в Улан-Удэ, устроилась в «Проект Байкал». Как раз в этот период и объявили конкурс, в котором я приняла участие как архитектор, в соавторстве с главным архитектором компании Валентиной Сергеевой. Проект был создан на основе концепции моей дипломной работы. Были, конечно, и бессонные ночи, и творческие муки, и большой стресс, но в итоге у нас все получилось. Я помню огромную радость, когда мы узнали, что проект наш победил. Для меня это была и остается большая ответственность – именно тогда я впервые осознала, что становлюсь профессионалом, автором очень значимого для Бурятии объекта.

 

- Есть ли данные, когда начнутся работы и где именно?

- Важно, что определились с площадкой – здание будем строить на острове, на пересечении рек Селенга и Уда. И сейчас занимаемся корректировкой проекта, ведь изначально место под него отводилось в районе Верхней Березовки. Теперь проект «привязываем» под новый участок. Насчет срока строительства вопрос, думаю, не ко мне, ведь моя задача, как архитектора – подготовить проект, провести корректировку. Но я очень надеюсь, что музей будет построен и строительство начнется в ближайшее время. Хотя, учитывая последние события, сложно загадывать, можно только надеяться, что все будет хорошо. 

- Скажите, учитывая, что здание будет находиться на острове у двух рек, нет ли опасений подтопления? 

- Еще до начала проектирования мы изучили этот вопрос, обследовали территорию, ученые проанализировали паводки в течение последних 100 лет. И за основу в проекте мы берем самую максимальную отметку. Если раньше у нас фондохранилище располагались на уровне земли, то теперь в проекте оно поднято на 3 метра – по факту на три метра выше паводка, который случается раз в сто лет.

Конструктивная основа - железобетонный каркас, конечно, мы учитываем сейсмику, она в районе острова 9 баллов, на Верхней Березовке было 8 баллов. Мы рассчитываем нагрузки, чтобы предусмотреть все.

Добавилась и изюминка: мы решили впустить в проект улицу, проходить она будет под зданием. Это будет открытое пространство для уличной экспозиции, возможно, там будет парк миниатюр, добавились и новые технические помещения. На первом этаже у нас будет основной вестибюль с гардеробом и дальше по лестницам и лифтам можно подняться на верхние этажи, где располагается по проекту визит центр и основные выставочные помещения. 

- Ранее известный бурятский архитектор Геннадий Хунхенов раскритиковал проект, сказав, что очень дорогая инфраструктура, плюс назвал ошибкой включение морально устаревших фондов музея Природы, привел в пример океанариумы, ботанические сады. Расскажите поподробнее о проекте, где и что будет находиться, сколько всего этажей, как будет выглядеть? 

- Что касается дорогой инфраструктуры, хочется сказать, что в любом случае, такое здание, как Национальный музей региона будет иметь дорогую инфраструктуру, где бы его ни строили. Ведь нужны и инженерные сети, канализация, отопление, водовод, электрические сети - это неизбежно.

По поводу музейных фондов хочу сказать, что проект мы разрабатывали по техническому заданию, включить или убрать что-то по своей инициативе мы не можем, работа строго по ТЗ. 

Если говорить в целом, то мы уже отметили, что за основу взят образ цветка. Изначально, когда мы проектировали здание под Верхнюю Березовку, это была интерпретация цветка «Ая-Ганга» - цветка степи, теперь больше подходит образ лотоса - цветка, плывущего по воде. 

В здании будет 4 блока - 4 лепестка, в них в трех разместятся Художественный музей имени Сампилова, Музей природы и Музей истории Хангалова, в четвертом лепестке - вестибюли, визит-центр, большой конференц-зал, детский зал, библиотека, административные помещения. То есть это общественное пространство. 

Все наши 4 лепестка завязаны вокруг центрального пространства, которое является стержнем и тоже имеет символическое значение. Это символ сэргэ - древа жизни. Само здание производит очень пластичное впечатление, словно бы цветок вырастает из земли. Мы старались показать гармонию с природой, словно это лепестки цветка закручиваются вокруг стебля - центрального пространства. Мы хотели добавить поэзии в архитектуру. Думаю, что это очень логично разместить здесь визит-центр, ведь где, если не в музее, человек может узнать все об истории и культуре народа Бурятии? 

- Чем вы вдохновлялись при проектировании? 

- Хотелось найти красивый образ, который бы олицетворял природу Бурятии, ее историю, богатую культуру и попались на глаза строчки поэта Дондока Улзытуева «Цветки Ая-Ганга». Эти строчки тронули мою душу, я будто бы перенеслась в свое детство, когда ездила в Тунку, к дедушке и бабушке. Образ будто бы явился изнутри, тесно связан с моими детскими воспоминаниями и с любовью к Родине. 

СТОИМОСТЬ И МАТЕРИАЛЫ 

- Анна Викторовна, изначально говорилось о том, что проект будет стоить 1,3 миллиарда рублей, потом цена поднялась до 2 млрд рублей, стоимость еще будет меняться?

- Стоимость такого объекта в любом случае будет меняться, так как цены постоянно растут. Сметная стоимость будет индексироваться на текущий период. Пока что проект мы еще корректируем, поэтому пока сказать точнее не смогу, данные рассчитываются. 

- Из каких материалов будет возводиться этот каменный цветок? 

- Мы используем в проекте современные материалы, также изучаем рынок. Мы хотим заложить очень качественные материалы, будем надеяться, что цены не подскачут. Верхушка нашего цветка голубого цвета планируется из очень интересного материала, но назвать его пока не стану, чтобы в случае изменений никого не разочаровывать. 

- Мы своими силами сможем это построить, или мы будем привлекать специалистов из Иркутска, Москвы, Новосибирска?

- Это также не от нас зависит - будет проводиться конкурс, определяться генподрядчик. 

- Какая общая площадь музея? И правда ли, что там собираются засыпать протоку, чтобы площадка под строительство была побольше? 

- На сегодня этого не планируется. Речь об этом шла в 2019 году, это было одно из решений, но в итоговый проект оно не попало. Протока останется на месте, напротив, мы ее обыграем – ее будет пересекать путеводный мост, который свяжет остров с городом. Общая площадь музея составит 14900 квадратных метров, включая все этажи и частично новый, нижний этаж, который мы добавили – «уличный». Там будут сквозные проходы под здание, предусмотрено свое благоустройство. Фактически это такое новое прогулочное пространство в центре города, которое будет закрываться на ночь. Днем в свободном доступе любой человек сможет пройти, посмотреть, погулять, там будут предусмотрены и лестницы и пандусы для маломобильных граждан. 

- Это очень непростой объект, будет ли осуществляться авторский надзор? 

- Хочу сказать, что мы действительно будем настаивать на том, чтобы проект воплотился именно в таком виде, в котором мы его видим и проектируем. Авторский надзор, в основном, буду вести я, так как за 10 лет с момента победы я все-таки приобрела определенный опыт и считаю, что в моих силах это сделать. Конечно же, Валентина Ивановна будет включаться в важных моментах. Но авторский надзор ведь ведет не только архитектор, но и другие специалисты, которые отвечают по своим вопросам, а самый главный человек на объекте это главный инженер проекта, контролирующий всю тройку. Но все архитектурные решения мы будем отстаивать с Валентиной Ивановной.

СТАРЫЙ ГОРОД И ТОЧЕЧНАЯ ЗАСТРОЙКА

 - Вы частично уже затронули вопрос о благоустройстве прилегающей территории. Недалеко от здания музея планируется разместить еще одно красивое здание – для театра «Байкал». А что еще было бы логично разместить там? И как бы вы оценили ситуацию с нашей набережной, как можно благоустроить ее, есть у вас такие идеи? 

- Во-первых, соседство двух таких крупных объектов, как Национальный Музей и театр «Байкал» - это очень большой плюс, так как даст огромный толчок для развития этой территории исторического центра. Мы проектируем благоустройство прилегающей территории – хотим сделать достаточно интересно, там будут и зоны отдыха, и площадки для уличной экспозиции, будет детская площадка и уличный театр с импровизированной сценой с видом на город, на реку. У нас также предусмотрены спуски к воде, дорожки с минимальным уклоном, чтобы маломобильные люди тоже могли спуститься к воде. Там предполагаем скамейки, где бы можно было просто посидеть с книжкой, посмотреть на воду. Проектируем и автостоянки - служебные и для посетителей. У нас в проекте есть хозяйственная, загрузочная зоны, в целом, мы стараемся все предусмотреть. Все инженерные коммуникации хотим провести под мостом.

Набережная, она, конечно, сегодня выглядит не так, как бы нам всем хотелось, скажем, там очень узкая пешеходная зона. Думаю, что нужно ее расширить, выделить велосипедную дорожку. Ведь летом там много велосипедистов, там же гуляют люди, это неудобно. И на набережной обязательно нужно выделить какие-то зоны отдыха, видовые площадки, и больше зелени. Нужно облагородить нашу набережную, чтобы она стало любимым местом отдыха улан-удэнцев. 

- Сейчас много говорится о реконструкции исторической части города. Если бы к вам обратились за помощью, какое бы вы решение предложили? Может быть что-то изменить, поменять? 

- Для развития исторического центра, конечно же, нужны деньги, а значит, застройка должна быть привлекательна для инвесторов. В то же время, это не должны быть сплошь высотные здания, ведь нельзя забывать о правилах землепользования и многих других аспектах, таких как фиксированная этажность, промежутки между зданиями, протяженность зданий. В общем, не должно быть просто стены из высоких зданий. Думаю, что должна быть современная застройка, но чтобы подчеркивала исторический дух нашего города. Должно быть видно, что это именно Улан-Удэ, а не какой-то другой город. 

- За 10 лет, которые прошли с тех пор, как вы разработали проект много воды утекло, что-то вы спроектировали? Над чем сейчас работаете?

- За 10 лет я проектировала много чего. Мне было все интересно, начиная от частных домов, коттеджей, заканчивая крупными зданиями. Из последних можно отметить Национальную библиотеку Республики Бурятия. Меня подключили к этому проекту в 2015 году в соавторстве с Валентиной Ивановной. Вот в этом году наконец, проект сдадим, это тоже очень большое облегчение. Также я занималась дизайном интерьеров, ландшафтным дизайном. Я хотела много попробовать, чтобы сформировать себя в качестве архитектора. 

- Эта профессия востребована?

- Я считаю, да, ведь архитектор может проектировать все, что угодно. Дать ему голый участок, он может все спланировать, благоустроить, построить дом, продумать внутренний интерьер. Люди хотят жить в красивых домах, интерьерах, потому моя профессия будет востребована, даже если не будет крупных проектов. Ведь понятно, что на такие проекты, как Национальная библиотека или Национальный театр деньги выделяются не всегда, а люди дома строить будут. 

- А что думаете про точечную застройку?

- Это очень огорчает, но мне кажется, что это больше проблемы градостроительной политики. Допустим, в прошлые годы очень часто было, что строился дом, выходил за так называемую «красную линию» и в итоге сегодня невозможно где-то расширить дороги – там стоят здания. Точечная застройка ухудшает жизнь населения, уменьшается придомовая территория, исчезают придомовые скверы или парки.

Мне кажется, что сейчас ситуация меняется в лучшую сторону. Когда обсуждается какой-либо проект, его выносят на градостроительный совет и опытные архитекторы дают свои рекомендации. Другой вопрос, что зачастую их мнение никто не учитывает, потому мне бы хотелось, чтобы у профессиональных архитекторов было больше влияния. 

- Есть ли в городе здания, которые лично вам нравятся? Возможно, это старинные, или может быть, какие-то современные?

- Из современных зданий, честно говоря, затрудняюсь с ответом. Мне всегда нравился именно наш исторический центр, это деревянное зодчество - это как раз то, что отличает нас от многих других городов. Я надеюсь, что будут выделяться средства именно на реставрацию, реконструкцию этих памятников архитектуры. Торговых центров и жилых комплексов много в разных городах и, честно говоря, они все похожи. А историческая застройка несет в себе уникальность. Хотелось бы верить, что это все сохранится и через 50-100 лет наши потомки будут любоваться и узнавать о себе, о своей культуре и о своих предках. 

- Скажите, а есть у вас своя архитектурная мечта? 

- Любой архитектор хочет построить «дом своей мечты». И я бы тоже хотела спроектировать для себя дом и там учесть все свои пожелания, без согласования с заказчиком сделать так, как именно я хочу. Можно сказать, это некий собственный свободный проект. 

- Мы желаем вам его осуществления и спасибо за интересную беседу. 

Марина Денисова, Восток-Телеинформ.