Интервью с министром туризма Бурятии Алдаром Доржиевым

О том, чем интересна Бурятия, кроме великого озера Байкал, куда умыкнули первую жену Чингисхана, где зародилась цивилизация гуннов, что такое кухня великого хана, и как на всем этом построить новый туристический образ региона, с министром туризма республики Алдаром Доржиевым говорил главный редактор Profi.Travel Артем Чумак.

 

— Алдар Джангарович, до пандемии почти четверть турпотока составляли иностранцы. Удалось ли заместить при закрытых границах эту долю российскими туристами?

— Турпоток, наверное, все-таки немного сократился. Тем не менее, мы видим, что это снижение компенсируется за счет наших соседей из Иркутской области, Красноярского края, а также гостей из центральной части России. Особенно здесь помогла чартерная полетная программа TUI, которые уже совершили несколько десятков рейсов к нам, и теперь о Бурятии в ЦФО знают гораздо более широко, нежели раньше. Так что в целом турпоток увеличивается. Мы ожидаем, что с открытием границ он вырастет в разы.

— А какого результата вы ожидаете от полетной программы TUI в первую очередь: восстановления турпотока в моменте, пока летят чартеры, и цена на турпакеты делает отдых доступным для большинства? Или более долговременного эффекта, в плане промо региона?

— Я думаю, и того, и другого. Был и резкий рост турпотока в моменте — наши туроператоры сбивались с ног, чтобы успеть поработать ним. И в то же время мы уже видим, что продвижение туристического потенциала Бурятии дает свои плоды. О Бурятии больше знают и говорят и в тех регионах, откуда прилетали на чартерах туристы TUI, и в других — массовый турпоток способствует выходу на федеральный уровень.

— Я сам прилетел в Бурятию на первом чартере TUI в 2020 году, и на тот момент были некоторые проблемы с готовностью инфраструктуры к приему организованных туристов. Как планируется решать вопрос? Какие есть проекты по строительству новых отелей?

— Действительно, большой поток туристов показал, что у нас не хватает соответствующей туристической инфраструктуры, в первую очередь, отелей и объектов общепита. Сегодня мы видим интерес инвесторов: они понимают, что у Бурятии — огромный туристический потенциал. На побережье Байкала уже довольно долгое время есть особая экономическая зона, которая до последнего времени привлекала внимание компаний, но реального строительства там не велось. А в этом году мы наблюдаем, что инвест-проекты уже прошли экологическую и государственную экспертизу — здесь начинается строительство гостиницы уровня 4*. Заинтересовался особой экономической зоной и «Космос Отель Групп» — у нас побывал с визитом руководитель этого акционерного общества, Александр Штейн. После того, как он посетил побережье, мы провели переговоры, и было принято решение, что холдинг также заходит на эту территорию с проектом четырехзвездочного отеля. Думаю, где-то через три года мы уже увидим новые объекты размещения на побережье Байкала.

— Конечно, большое внимание нужно уделить строительству отелей и в черте города Улан-Удэ, поскольку здесь располагаются и аэропорт, и ж/д-вокзал — как правило, путешествие в Бурятию начинается с приезда в ее столицу. Сейчас мы с мэрией города активно обсуждаем, что в рамках проекта «Дальневосточный квартал» необходимо предусмотреть гостиницы, в которых будут размещаться приезжающие к нам гости. Нужны также дополнительные объекты показа, места, где туристы смогут попробовать аутентичную кухню разных районов Бурятии. Несмотря на то, что наша республика маленькая, в каждом районе есть свои уникальные гастрономические особенности: у нас ведь проживает более 100 национальностей, кроме того, здесь сходятся Восток и Запад. Поэтому в Бурятии можно попробовать и азиатскую кухню, и европейскую, и аутентичную старославянскую — у наших старообрядцев, и блюда казачьей кухни. Ну, и традиционную бурятскую кухню, конечно.

— В 2021 году в Бурятии запустили проект «Кухня великого хана», прямо сейчас адаптируются под современные вкусы найденные в древней книге рецепты, продумывается, как можно развивать здесь гастрономический туризм. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

— Для нас это новое направление. Мы хотим показать, что Бурятия — это не только Байкал, но и история, культура, и в том числе гастрономия. Мы пригласили экспертов, шеф-поваров наших ведущих ресторанов, чтобы они воспроизвели те старинные рецепты, которые были найдены в книге придворного врача хана Туг Тэмура, который жил в 14 веке, в период расцвета Юаньской династии Монгольской империи. Сама книга была написана в 1330 году. Придворный врач хана одновременно был кулинаром, создавал такие шедевры, которые сегодня можно назвать, наверное, образцами здоровой пищи. То, что мы нашли эту книгу, — большая удача. А то, как наши эксперты внедрили эти рецепты в современную кухню ресторанов города Улан-Удэ — просто удивительная находка. Я сам, честно говоря, не ожидал таких уникальных вкусовых ощущений, когда пробовал эти блюда. Где-то я вспомнил детство, вкуснейший ячменный суп моей бабушки, где-то был даже удивлен, например, когда попробовал традиционные бурятские буузы с пикантным привкусом апельсиновой цедры... Думаю, эти блюда могут стать хитами в меню наших ресторанов, и я лично буду обязательно приглашать своих гостей их попробовать.

— У Бурятии действительно очень вкусная национальная кухня, которая имеет большой потенциал в плане развития гастрономического туризма. Расскажите, а на какие еще виды туризма вы собираетесь еще делать ставку и вообще кого хотите привлекать? Сейчас, насколько я понимаю, к вам в основном идет турпоток из соседних регионов.

— Совершенно верно, к нам сейчас больше приезжают соседи. Конечно, когда откроются границы, мы ожидаем и иностранных туристов.

Что касается направлений, то в первую очередь туризм в Бурятии зиждется на Байкале, 60% береговой линии которого находится у нас в регионе. Этот берег наиболее комфортный для развития туризма, он более пологий, чем в других местах, с большим количеством песчаных пляжей. На нем можно располагать различные объекты туристской инфраструктуры: как капитального характера — в особой экономической зоне либо населенных пунктах, так и не капитального — на различных природных территориях.

Но Бурятия — это не только Байкал. У нас четыре особо охраняемых природных территории. Одна из них — Баргузинский заповедник — родоначальник всей заповедной системы в России. Поэтому потенциал развития экологического туризма очень велик, уже сейчас руководители наших ООПТ активно занимаются экологическими тропами, по которым можно прокладывать треккинговые маршруты. Развивают они и различные виды событийного туризма, например, в Тункинском национальном парке ежегодно проходит фестиваль «Алтан Мундарга», это соревнование по разбиванию верблюжьей хребтовой кости, который собирает тысячи зрителей оффлайн, а заочно — десятки тысяч.

Ну, и третье наше еще не до конца раскрытое направление — это историко-культурный туризм. Как я уже говорил, в Бурятии в мире и согласии живет более 100 национальностей, здесь три мировых религии. У нас проживают старообрядцы (мы называем их «семейские»), они были сюда выселены более трех веков назад и обрели здесь свою вторую родину. Сохранились их старинные распевы, которые, кстати, входят в объекты нематериального наследия ЮНЕСКО. Я думаю, редко где можно встретить такое.

Много наших культурных объектов связано с именем Чингисхана, ведь именно отсюда и начиналась история его завоеваний. Первую супругу Чингисхана умыкнули и держали здесь, в Меркитской крепости, это современный Мухоршибирский район. Есть престол Чингисхана в Тункинском районе, куда любит приезжать президент Монголии и руководители других государств. Безусловно, само имя Чингисхана — настоящий магнит для туристов.

Есть и другие слои истории — например, недалеко от Улан-Удэ располагалось старинное гуннское городище. Долина реки Селенга была колыбелью гуннской цивилизации, при переселении народов гунны ушли отсюда на запад и стали причиной распада Римской империи. Раньше мы недостаточно акцентировали внимание путешественников на этих аспектах, теперь будем восполнять.

— Когда я год назад разговаривал с местными отельерами, то заметил, что далеко не все из них видят плюсы в заходе федерального туроператора в регион и не все стремятся к расширению границ сезона. Есть ли какие-то подвижки в таком восприятии туристического бизнеса? И как вы предполагаете решать задачу сглаживания границ сезонности?

— Большую помощь в сглаживании границ высокого и низкого сезонов, мне кажется, сыграла поддержка Ростуризма, в частности, программа кешбэка. Думаю, если Федеральное агентство по туризму в будущем станет продолжать эту практику, это уже серьезно повлияет на разницу в сезонах.

Конечно, продлевать сезон можно и событийными мероприятиями. Мы думаем над этим: будем составлять календарь событийных мероприятий как в зимний период, так и в межсезонье. Полагаю, что наши отельеры это по достоинству оценят, выстроят соответствующие свои бизнес-модели работы с туристическим потоком.

— В привлечении новой аудитории планируете ли вы делать акцент на более платежеспособных туристах, за счет чего собираетесь увеличивать средний чек?

— Туризм не может быть дешевым, когда речь идет нетронутых природных территориях. В большинстве своем это труднодоступные места, добраться до них — уже достаточно затратная задача. При этом мы все понимаем, что туристу там должно быть комфортно и безопасно, а это предполагает вложение определенных средств. Я за то, чтобы цена поездки на такие территории была соответствующей. Те впечатления, которые получит там турист, с лихвой окупят потраченные деньги — я это могу гарантировать.