Инновации еще не так плотно вошли в повседневную жизнь жителей Бурятии. Да и мало кто осведомлен о проектах, которые предлагают ученые республики. Однако они есть. Какие препятствия встречают на своем пути новаторы и какие меры поддержки готовы предложить рассмотреть Народному Хуралу Бурятии молодые предприниматели, в интервью ИА «Восток-Телеинформ»   рассказал помощник руководителя представительства фонда содействия инновациям Аюр Гармаев.

- Аюр Бимбаевич, расскажите немного о себе. Какая основная сфера Вашей деятельности? Какое отношение имеете к инновациям и предпринимательству?

-  Я являюсь директором центра делового образования Торгово-промышленной палаты Бурятии, на базе которой работает региональное представительства фонда содействия инновациям. Его еще называют фонд Бортника. Иван Михайлович Бортник – первый директор и основатель этого фонда. Фонд как федеральная организация поддерживает инновационные проекты на территории страны. Речь идет о проектах, имеющих прикладной характер. То есть это коммерциализация инноваций, идей молодых инноваторов.  И это главный критерий при предоставлении финансовых средств в виде грантов, которые выдаются безвозмездно. Фонд существует с 1994 года, более 20 с лишним лет. В республике мы активно начали работать только с 2015-го года. Многое было упущено, тем не менее сегодня мы стараемся подтянуться к лидерам инновационного развития в России, среди которых, например, Татарстан.

В Бурятии мы начали с небольших программ фонда. Это программа «Умник», по которой победители отбора в возрастной категории от 18 до 30 лет получают по 500 тысяч рублей.  Участие в ней могут принять студенты и аспиранты, молодые ученые, которые занимаются интересными, перспективными в коммерческом плане проектами. За два года мы провели два отбора, выявили 27 победителей, которые в общей сумме получили примерно 11 миллионов рублей.

Есть еще одна программа - «Старт», рассчитанная на физических и юридических лиц. Здесь суммы побольше, в первый год возможно получить два миллиона без всяких условий. В целом программа рассчитана на три года. Если в течение года, поработав над проектом, автор видит перспективы развития и есть реальная возможность успешной реализации, то можно получить из фонда 3 и 4 миллиона рублей. Но после первого года получатель должен из счет собственных или привлеченных средств вложить столько же. По этой программе в Бурятии поддержку получили пока только два проекта.

Однако в целом, по моим данным, в республике насчитывается порядка 400 инновационных проектов. Из них реально перед федеральными экспертами обосновали свою значимость единицы. Хотелось бы больше. Поток заявок на участие в программе «Старт» растет, но пока мы наблюдаем только увеличение заявок. Успешных заявок, поддержанных фондом, немного.

- Как думаете, почему? С какими трудностями часто встречаются авторы инновационных проектов?

- Самое главное- у нас нет соответствующей инфраструктуры. Фонд Бортника по сути является лишь одним из ее элементов. Но нужны и другие элементы, которые бы обеспечивали трансфер инноваций в экономику. Сегодня существует разрыв между сотрудниками вузов, инноваторами и предпринимателями, то есть экономикой.

Ученые и люди из вузов  должны заниматься наукой, создавать новые вещи, которые бы улучшали жизнь. А затем передавать свои разработки на тех или иных правах третьим лицам. Бизнесмены же не очень охотно пока идут на контакт. Нам кажется, что необходима более плотная качественная работа центров  трансфера технологий и бизнес-инкубаторов при вузах. Такие центры у нас есть, но существуют они больше формально, загружены текущими делами, бюрократией.  На реальную работу времени не остается.  Хотелось, чтобы они работали лучше. И перенимали опыт лучших в России. Например,  бизнес-инкубатора при Высшей школе экономики или Санкт-Петербургском университете механики и оптики.

- Какую роль  играет здесь республиканский бизнес-инкубатор, который Вы возглавляете?

- Как управляющая компания бизнес-инкубатора сейчас мы взяли вектор на развитие инновационного направления. Наверняка вы слышали про коворкинг. На этой площадке мы намерены объединить в работе со стартапами  молодых ученых, представителей бизнеса. Они будут выступать в качестве научных консультантов, нашей же задачей будет привлечение предпринимательского сообщества, в том числе начинающих бизнесменов. На выходе будут создаваться команды, в состав которых войдут основатели - один человек с экономическими компетенциями, еще один человек - с инженерными или техническими. Также в ее составе может быть человек, который будет продавать идеи. Да,  факт, что 90% стартапов в процессе становления «умирает». Но процессом нужно уметь управлять и у нас есть определенные знания по поводу того, как именно. Нужна системная работа, формирование системы поддержки инновационной деятельности. Вузы финансируются на грантовой основе на протяжении нескольких лет, но никто из них не «выстрелил». Да, у науки есть свои аргументы. В частности, средств, которые им предоставляются, мало. Многие говорят, что им нужно намного больше. Да могут быть разные ситуации, но если человеку дали 500 тысяч и он не смог их нормально раскрутить, то маловероятно, что такое произойдет, если человеку дать 5-10 или 100 миллионов.

- Получается, дело не всегда в деньгах. Что же мешает реализовать хорошую идею?

- Часто говорят, что проблема бизнеса - это отсутствие денег. Я считаю, что проблема не в этом, а в продукте, управлении, организации производства. На личном примере могу это подтвердить. Для проектов, которые я начинал, не всегда нужны были деньги, главное -идея и правильное понимание рынка. Если ты видишь, что есть клиенты, у которых есть проблемы, а ты можешь свои инновацией их решить, то деньги можно сразу брать у клиента. Конечно, не все проекты можно реализовать по такой схеме. Каждый проект индивидуален. Сколько людей в мире - столько и проектов.  Причем каждый из них тесно связан с характером, личностью основателей. У двух разных людей не получится одинаковые кафе. Даже франшиза не всегда работает одинаково. Тем более если проект инновационный.

- Какие оптимальные условия должны быть созданы для того, чтобы проект с реальной идеей «выстрелил»?

- Было бы хорошо, если бы в Бурятии была сформирована единая понятная система, встроенная в экосистему инновационной деятельности. На уровне страны такие системы строят и реализуют Сколково, РВК. Региональная система, в нашем случае Бурятии, должна гармонично вписываться в федеральные системы, которые в свою очередь встроены в мировые. Сколково, как пылесосом собирает проекты со всей России, проводит конкурсы, отбирает лучшие и показывает их инвесторам. Причем половина из этих инвесторов это зарубежные компании. И мы ездим по разным площадкам, показываем проекты японцам, арабам, американцам, привлекаем в итоге средства уже из-за рубежа. Своим стартапам мы можем оказывать даже такую услугу, как презентация инвесторам из Кремниевой долины. Границ нет, если только в голове. У нас много проектов, но заниматься развитием только инноваций в отсутствие инфраструктуры мы  пока не можем. Все делается на собственные средства, в то время как мы на что-то должны обеспечивать текущую операционную деятельность.

Стоит добавить, что частью инфраструктуры должен стать Венчурный фонд. Он может быть государственным, частным или смешанным. Изучив существующую нормативно-правовую базу, мы пока больше склоняемся к частному фонду. Тем не менее мы предлагаем возможность создания смешанного фонда, с привлечением государства и частных компаний. Сегодня это один из востребованных финансовых инструментов. Валюта инвесторов не очень радует своими перспективами, сырье, нефть уходят в труднопрогнозируемую динамику. И вложения в начинающие стартапы, когда при первоначальном вложении 100 тысяч можно получить миллион, оказываются привлекательным.

Пока же бурятские вузы смотрят на республиканский бюджет, как на источник решения, грубо говоря, всех проблем в области их развития. На самом деле это не так. Если мы будем смотреть только на республику, это неправильно. У Бурятии есть возможности, но они ограничены. А если у людей есть реальное желание реализовать свой проект, то они будут стучаться не только в республиканские, но и в федеральные двери, но могут выйти и на международный уровень.

- Возвращаясь к молодым ученым Бурятии, какой по-Вашему образ современного представителя науки?

- Я считаю, что это люди, задавленные бюрократией. Ученые сейчас не те, что раньше, в советское время, когда они просто творили, обеспечивали покорение космоса, строительство  АЭС, подъем энергосистемы страны. Сегодня у ученых много бумажной работы. Сверху спускается госзадание, финансирование, в рамках которого они должны сделать что-то конкретное.  На творчество не остается времени. А еще есть семья, и отдыхать тоже нужно. Бизнес же, я считаю, одна из самых сложных работ, по умственным, психологическим и временным нагрузкам.

- Согласны ли Вы с тем, что из Бурятии часто уезжает много талантливых молодых людей?

-Да, отток мы наблюдаем, это показывает статистика. Но из этого не надо делать проблему, тем более, что есть и обратная тенденция. Кто-то когда-то уехал, набрался опыта и вернулся. Не всегда, конечно, так, но примеры есть. Однозначно удерживать тех, кто хочет уехать, не надо. Есть много примеров, когда ученые обеспечивают рост экономики, зарабатывая на других рынках. Есть у нас и те, кто живет здесь, а бизнес у них работает в других субъектах страны или странах. Ведь в республике, где живет меньше миллиона человек, сделать бизнес сложно. В западной части страны концентрация населения больше – и если товар массовый, то естественно уходить на рынки, где есть клиент. Проблема возникает, если люди уезжают семьями и решают насовсем изменить место жительства. Я тоже уезжал, учился, вырос в профессиональном плане. И могу сказать, что мне здесь жить комфортнее, а зарплаты такие же, как в  Москве и даже местами больше.

- Спасибо за беседу и удачи в Вашем деле! 

Александра Шагдарова, ИА «Восток-Телеинформ»