В Бурятию приплыли первые шесть туш погибших этой зимой в Монголии животных

 Катастрофа в соседней стране, где за зиму погибло б млн голов домашнего скота, грозит обернуться серьезной проблемой и для Бурятии. Как считают специалисты, шесть туш животных, вы­ловленных в Кяхтинском районе, - это только начало. Розданы задания: повы­сить бдительность, усилить контроль, не пропустить ни один труп! Только вот де­нег на обеспечение этих приказов нет.

Дзуд случается

Такой холодной зимы, как в этом году, в Монголии не было целое десятилетие; как назло, и такого огромного количества падежа, пожалуй, тоже не было. Официальные подсчеты павших животных еще не окончены. На данный момент министерство сельского хозяйства Монголии заявляет о шести миллионах обнаруженных тел животных.

Дзуд — массовый падеж скота из-за обильного снега и холодов — случается в Монголии примерно раз в 10 лет. Послед­нее такое событие произошло в 2002 году: тогда погибло несколько сотен тысяч жи­вотных. В этот раз падеж принял уже со­вершенно фантастические масштабы.

Как мы уже писали, правительство Монголии выделило на утилизацию тру­пов 768,1 миллиона тугриков (15 миллио­нов рублей, по 2 рубля на труп). Совер­шенно понятно, что на быстрое решение проблемы этого количества денег не хва­тит. Это значит, что катастрофа в Монго­лии очень больно ударит и по Бурятии.

Вскрывающиеся реки доставят часть трупов от соседей к нам. В прошлый дзуд, в 2002 году, до Бурятии доплыли несколь­ко трупов. У одного погибшего животного была обнаружена сибирская язва. Что бу­дет сейчас, представить несложно.

Они уже поплыли

Несмотря на все заверения монгольс­кой стороны о том, что все меры приняты, в Бурятию уже приплыли первые трупы животных. Как нам сообщил Цыремпил Аюров, заместитель начальника отдела Государственного ветеринарного надзора на Государственной границе РФ, в Кяхтинском районе выловлены шесть мертвых туш, приплывших из Монголии.

Что будет, когда все реки вскроются окончательно, даже подумать страшно. Тем не менее, надзорные органы рапор­туют о том, что в республике принимают­ся усиленные санитарные меры.

На заседании правительственной ко­миссии по предупреждению чрезвычай­ной ситуаций был разработан план ме­роприятий, причем вся деятельность ко­ординируется с соответствующими служ­бами Монголии.

Направлено письмо

— Ситуация держится на контроле, — говорит и.о. руководителя Управления Федерального агентства водных ресурсов по Бурятии Ольга Коломеец. — В Монголию направлено письмо о недопущении попа­дания в реки загрязнений. Районным службам ветеринарии даны указания о том, чтобы они отслеживали ситуацию на водных объектах. Усилены меры контроля.

Начальник отдела организации проти-воэпизоотических мероприятий и мониторинга Управления ветеринарии Рес­публики Бурятия Петр Евдокимов уверя­ет: в ряде районов уже обозначены пунк­ты, где установлены «зоны ответствен­ности по отлову трупов»:

— Пяти районам — Кяхтинскому, Джидинскому, Селенгинскому, Тарбагатайскому и Иволгинскому — даны предписа­ния о том, что главы муниципальных образований должны обеспечить людей всем необходимым для вылавливания и утилизации трупов КРС, если таковые бу­дут. Так что в каждом из этих районов имеются эти посты. Сейчас, когда вода пойдет, они должны уже быть на месте и работать.

Причем в каждой из зон ответственнос­ти должно быть сразу три бригады.

— Это круглосуточная бригада развед­ки, члены которой будут дежурить на реке. Вторая — оперативная бригада, в ее обязанности входит вылавливание тру­пов. Третья бригада уничтожает останки и проводит дезинфекцию, — говорит заместитель начальника отдела Государст­венного ветеринарного надзора на Госу­дарственной границе РФ и транспорте Цыремпил Аюров.

Но пока одни органы власти рапортуют о полном контроле над ситуацией и о том, что все районы наготове, в самих районах только недоуменно разводят руками.

В районах нет денег

Как начать работу, если денег в бюдже­те на это не заложено? Откуда брать автотранспорт, лодки, ГСМ, дрова, мощные фонари для ночного наблюдения за река­ми? В конце концов, из чьего кармана платить людям за работу?

Глава Кяхтинского района обратился с письмом к президенту Республики Бурятия с просьбой о выделении денежных средств на выполнение экстренных мер, однако де­нег как не было, так и нет до сих пор. А ведь реки вот-вот начнут вскрываться.

— Нам говорят, что финансирование возлагается на местные бюджеты, а в бюджете района денег на это дело нет, — заявили корреспонденту «Номер один» в администрации Кяхтинского района.

Поселок Наушки Кяхтинского района — первый «на линии обороны». Здесь уже должны вовсю работать бригады, о которых говорят руководители надзор­ных органов.

— Никаких бригад у нас нет, — гово­рит глава поселка Наушки Михаил Гусляков, — есть только рабочая группа, ко­торая отслеживает ситуацию. Рабочая группа — это я, ветеринар, который у нас в поселении работает, специалист Ростветнадзора, водитель. Грубо говоря, это люди, которые могут выехать на речку и оценить ситуацию: плывут — не плывут. А что касается самих работни­ков, которые бы вылавливали трупы и все такое, их у нас нет. Рабочих собрать —             не вопрос. Вопрос в том, что у нас фи­нансирования в бюджете на эти цели не заложено. А там нужно платить за ГСМ, зарплату людям, лодку нанимать, катер какой-то. У нас усамих транспорта нет, — сетует Михаил Гусляков.

Глава поселка признается: от того, что в поселке есть «рабочая группа» и определено место, на котором будет происхо­дить утилизация трупов, толку мало. Если завтра поплывут туши в количестве боль­ше одной, все равно поселок не сможет сделать ничего.

 Жгли напалмом

 Кяхтинцы до сих пор помнят, как в 2002 году бригада специалистов вылав­ливала с середины речки одну-единственную тушку барана, приплывшую из Монголии. Это оказалось огромной трудностью. После того как с горем с по­полам труп выудили из речки, оказалось, что и уничтожить его тоже не так прос­то: мокрое животное категорически «от­казывалось» гореть.

 Пришлось договариваться с военными, где-то даже достали напалм, чтобы поджечь упрямого барана. А если сейчас тру­пов будет не один и не два? Видимо, тогда уж точно скучно не будет никому.

 Еще одна проблема — круглосуточные посты. Нужно ставить вагончик или буд­ку для работников, устанавливать для ос­вещения мощные прожектора.

 — Как ночью люди должны увидеть, плывет что-то по реке или не плывет? Все это просто нереальные вещи, — сомнева­ется Михаил Гусляков.

 В районах не знают, как выполнять многочисленные предписания и рекомен­дации надзорных органов. Ни копейки на эти цели никто им не выделяет.

 — На сжигание одной головы КРС необходимо 3 куба дров, 30 литров солярки.

 — Все работы должны проводиться в специальных непрони­цаемых костюмах, с ежедневной дезинфекцией. Дезинфек­ция машин, катеров и другой техники также обязательна.

 — По расчетам МЧС и Росветнадзора, мероприятия по выло­ву и утилизации 1 трупа КРС обойдутся в 12 тысяч рублей.

 — Выполнять работы по отлову в реках и утилизации трупов должны районы и поселения Бурятии, у которых в бюджетах не заложено на эти цели ни копейки средств.