Миллионы из трущоб

“Кримсон”: 6 лет спустя

Главного подозреваемого в деле хищения 1 млн. долларов из бюджета Бурятии “ищут” пять лет, теперь он объявлен в розыск по линии Интерпола

Филиал Международной организации уголовной поли-ции, недавно созданный в Бурятии, объявил в розыск по линии Интерпола первого подозреваемого. Им стал Павел Еремеев (он же Рафик Мегерян) — бывший аудитор Счетной палаты России, который, по версии следствия, похитил из бюджета Бурятии $1 млн. рублей по так нашумевшему уголовному делу “Кримсон”, о чем “МК” подробно знакомил читателей
в 2004-2005 гг.

Разыскивается!

Павел Михайлович Еремеев, 1949 г.р., он же Рафик Мегерян, уроженец г. Ахалцихе Грузинской ССР. Окончил Школу международного бизнеса МГИМО, Академию государственной службы при Президенте РФ, Кемеровский ГУ.

Работал председателем муниципальной  палаты Санкт-Петербурга, начальником управления городского заказа мэрии Санкт-Петербурга, главным инспектором Счетной палаты РФ, замначальника управления экономического развития администрации Рязанской области. Владеет иностранными языками, легко входит в доверие. Предположительно скрывается за границей под вымышленной фамилией.

В Улан-Удэ Павел Еремеев впервые прилетел в конце 2001 года в ранге начальника управления мэрии города по госзакупкам. В составе администрации г. Санкт-Петербурга, которая тогда прибыла по приглашению правительства РБ, находился и будущий свидетель по уголовному делу — питерский ученый Юрий Ярмагаев.

— Бурятские чиновники во главе с Леонидом Потаповым тогда активно интересовались индикативным управлением, в частности системами автоматизированных закупок. Это было новое тогда дело, только в столицах они были внедрены и приносили реальную экономию в бюджет, — рассказал “МК” Юрий Ярмагаев. — У нас уже были наработки, мы их предложили правительству Бурятии.

Несмотря на астрономически высокую стоимость разработки питерских ученых ($1 млн.), чиновники правительства потянулись в северную столицу. В тот период Ярмагаев и Еремеев действовали в составе одной “питерской команды”. Ученый рассказал, что посланцев Бурятии встречали по высшему уровню, “селили в дорогих гостиницах, были рестораны и сауны, а обслуживали мужскую половину делегации украинские девушки”.

Еремеев, обладая хорошим чувством юмора, блистал красноречием. Питерцы убедили бурятских чиновников в том, что внедрение автоматизированных систем по госзакупкам крайне необходимо для региона.

В конце 2001 года депутаты Народного Хурала Бурятии приняли бюджет 2002 года, где по предложению правительства РБ прописали выделение на эти цели денег. В том же году, подписав с правительством договор, ученые принялись за работу.

Однако в это время депутаты Госдумы Бато Семенов, Василий Кузнецов и Сергей Будажапов направили в Счетную палату РФ письмо, в котором просят проверить целевое использование федеральных трансфертов, выделенных Бурятии за последние годы. Счетная палата РФ ставит в план — провести проверку в мае 2002 года. Однако 23 июня в Бурятии должны были пройти президентские выборы. Учитывая, что кандидат в президенты Бато Семенов на тот период пользовался поддержкой влиятельных депутатов Госдумы Вячеслава Володина, Александра Жукова и ряда высокопоставленных чиновников администрации президента РФ, а итоги проверки СП он мог использовать для масштабных разоблачений, его оппоненты начали нервничать. Действующий тогда президент Леонид Потапов обратился к аудитору Счетной палаты, ответственному за проверку, попросив ее перенести. Аудитор согласился и познакомил президента с Павлом Еремеевым, который к этому времени ушел из мэрии Санкт-Петербурга и работал у главы СП Сергея Степашина главным инспектором.

После выборов, где Леонид Потапов одержал победу, в Бурятию приезжает проверка Счетной палаты, которая особых нарушений в регионе не выявила. Тогда же Павел Еремеев передает чиновникам правительства договор на разработку автоматизированной системы с ООО “Кримсон”, куда предложил переправить $1 млн. по курсу Центробанка. С июля по сентябрь 2002 года деньги из бюджета Бурятии были переправлены в ООО “Кримсон”. Лишь спустя полтора года выяснилось, что фирма — разработчик программы — была липовой и зарегистрирована по потерянному паспорту жительницы г. Иванова Постниковой. Затем деньги из Бурятии проделали долгий путь через две подставные фирмы — ООО “Тулонг” и ООО “Лекиф”, далее (уже конвертированные в USD) через Киргизию поступили в оффшор штата Вирджиния (США), где и были обналичены. Между тем питерские ученые, работавшие в Бурятии, к началу 2004 года поняли, что могут оказаться крайними.

В марте 2004 года, когда корреспондент “МК” в обстановке строгой конспирации встретился с Юрием Ярмагаевым на снимаемой им квартире в Улан-Удэ, он заметил, что все его окна были заклеены газетами. Последний очень нервничал, все время пил кофе и говорил, что Еремеев как-то показал ему свою снайперскую винтовку, которая “бьет без промаха”.

Он хорошо знал бандитский Петербург. Например, племянник Еремеева Эдуард Волков (в прошлом также носивший фамилию Мегерян) являлся “финансистом” питерского криминального “авторитета” Константина Яковлева, известного под кличкой Костя Могила и расстрелянного 25 мая 2003 года в центре Москвы. Мафиозная группировка, подконтрольная Яковлеву, состояла из боевиков и “финансистов”. В последнюю входили организаторы различных финансовых афер. Ученый поведал мне, что он боится не только питерских, “чьи руки могут дотянуться до Улан-Удэ”, но и местных.

“Понимаете, я единственная ниточка, которая связывает бандитов с чиновниками”, — говорил он. Поэтому Ярмагаев не ограничился обращением в правоохранительные органы, а вышел на “МК”, передав пакет компрометирующих чиновников платежек и договоров для публикации, для того, чтобы “пропал интерес к его персоне”.

После выхода в марте 2004 года “МК” в Бурятии” статьи “Криминальный сон” в Бурятии было возбуждено уголовное дело по факту мошенничества в особо крупном размере. Еремеев уходит из Счетной палаты и перебирается на должность замначальника управления экономического развития администрации Рязанской области. Позже его следы теряются. Ситуацию усугубляло то, что бурятские чиновники никак не хотели признавать себя потерпевшими от действий мошенников. Признать себя лохами было выше их сил.

Поэтому дело довольно долго “буксовало”, а на уровне Москвы делались попытки замять его. При этом шесть министров правительства Бурятии подали шесть исков к редакции “МК”, пытаясь опровергнуть изложенные в статье “Криминальный сон” сведения.

Иски затем тихо “растворились”. Была попытка и выселить через суд редакцию из здания на ул. Ленина, 30.

Через год уголовное дело по “Кримсону” передали в прокуратуру по СибФО, где оно расследовалось несколько лет. Не закрыто оно и сегодня.

Практически все принимавшие участие в возбуждении и расследовании дела “Кримсон” вскоре пошли на повышение (прокурор РБ Иван Семчишин, глава МВД по РБ Михаил Цукрук, замминистра МВД по РБ Сергей Корнильцев, оперативник УБЭП Александр Архипов и др.). Пошли на повышение и сохранили свои места и чиновники правительства Бурятии, визировавшие договор с “Кримсоном”.

Что касается подписавшего договор с “Кримсоном” президента РБ Леонида Потапова, то теперь он занимается научной деятельностью, так же, как и министр финансов Александр Налетов, чья виза тоже фигурировала на документах.

А главный фигурант дела  Еремеев-Мегерян находится в бегах. Судя по тому, что эта афера у него была не одна (оперативники при обысках нашли у него варианты договоров по госзакупкам на ряд северокавказских республик), аферист, скорее всего, в очередной раз сменил фамилию и отдыхает где-нибудь на теплых островах.

С бурятским миллионом у.е…